По следам Стейнбека

Джон Стейнбек

Летом 1947 года будущий лауреат нобелевской премии по литературе Джон Стейнбек и будущий основатель фотоагентства Magnum Роберт Капа приехали в послевоенный СССР, чтобы «делать честные репортажи о том», что они увидели и услышали.

«Мы будем обходиться без редакционных комментариев и без выводов о том, что недостаточно хорошо знаем», – пообещал Стейнбек. Они проехали Россию, Украину, Грузию, побывали в Сталинграде, Москве, Киеве и Тбилиси. Результатом этой поездки стал «Русский дневник», переизданный в этом году издательством «Эксмо».

Три года назад (70 лет спустя) по следам Стейнбека и Капы отправились Томас Дворжак – президент Magnum Photos и журналист Джулиус Штраус. Тогда я и спрашивала их о киевских впечатлениях.

Джон Стейнбек
Томас Дворжак, фото автора

Томас Дворжак

Военный фотограф-документалист. Как и Капа, любит Грузию. Как и Капа – снимает войну. В отличие от Капы говорит на множестве языков, включая грузинский, персидский и русский. 

За последние 25 лет я был в Киеве раз 15, но всегда на пару дней. Я приезжал снимать Оранжевую революцию, день-два был на Майдане.

По следам Стейнбека
…Что делает бортпроводница мы не понимали. Насколько можно судить, она не имеет никакого отношения к пассажирам  Пассажиров в самолете не кормят, и они восполняют это принесенными с собой продуктами…  Рейс Мюнхен-Москва/ «Русский дневник» 1947-2017

В Киеве я себя чувствую ближе к Европе, чем в Москве. Люди здесь гораздо мягче, спокойнее. В Киеве не чувствуется, что это мегаполис, не давит четыре чем-то миллиона жителей.

Мне нравятся страны, которые когда-то входили в Австро-Венгрию. Это окраина моего мира. Мой отец родом из Чехии, Моравии.

Я много хожу по Киеву. Вчера я впервые разобрался со спусками и подъемами – быть может, я научусь спусками только спускаться. Я все время путаю холмы – одна станция метро, Крещатик, два выхода и большой перепад высот у выхода на Институтскую.

Джон Стейнбек
…Один из членов русского экипажа вылез из самолета, пнул ногой сдавшееся колесо и побрел к зданию аэропорта. Очень скоро нам сказали, что сегодня мы никуда не полетим… Рейс Мюнхен-Москва, Джулиус Штраус пишет первые заметки/ «Русский дневник» 1947-2017

«В Стейнбеки» я нашел себе Джулиуса. Джулиус Штраус – военный журналист, канадец венгерского происхождения. Я его знал по Балканам и Косово, с 1990-х. В начале 2000-х он был шефом московского бюро Daily Telegraph. Он немного знает русский.

Я хотел бы полностью отстраниться, дистанцироваться  от своего знания России. В 1947 -м, для Стейнбека и Капы все было проще. Они могли описывать любую вещь: «Русские едят мороженое, как и мы», – и это моментально вызывало интерес! Еще бы, русские как все нормальные люди, едят мороженое.

По следам Стейнбека
…Приличные девушки не курят. Приличные девушки не красят губы и ногти. Приличные девушки неброско одеваются. Приличные девушки не пьют… «Русский дневник» 1947-2017

Мы взяли «Русский дневник» как повод. Мы не будем проходить путь Капы и Стейнбека след в след, будет немного импрессионизма, интерпретации.

Капа снимал в Украине колхозы, я не буду снимать поля пшеницы и урожай. Лучше сниму пакет муки, мне интересен его современный дизайн.

Не хочу снимать то, что снимал Капа. Я уверен, им делали картинку, убирали бомжей с улиц, наводили на улицы глянец. Им показывали – что все добрые, чистые, едят с утра до вечера.

Джон Стейнбек
…Суит Лана ненавидела современное искусство во всех его видах. Абстракционисты – это “американские декаденты”; экспериментаторы в живописи – это тоже декаденты; от Пикассо ее тошнит. Единственный вид живописи, который ей очень нравился, –  реалистические картины XIX века, напоминающие фотографии. /Battle for Berlin. Victory Square World War 2 Museum and Memorial. Moscow, Russia, «Русский дневник» 1947-2017

Вопрос в том, что Россия сейчас хочет показать. Буквально во всем, что сейчас происходит, есть русский ответ, а есть – западный. Что это за особый путь, куда он ведет?

Майдан был абсолютно фотогеничным. Это и мечта, и кошмар фотографа. Я хотел приехать в АТО, уже взял билет, но повредил ногу. Это ничего не меняет, мои симпатии с Украиной.

Я влюблен в Грузию. Я не смогу так сильно влюбиться снова. Может, это возраст: чтобы хорошо снимать войну, надо быть молодым и голодным.

По следам Стейнбека
..В тот же вечер мы пошли в цирк. Лучше всех были клоуны.Когда они вышли в первый раз, мы заметили, что все  смотрят на нас, и скоро поняли, почему. Дело в том, что теперь клоуны неизменно изображают американцев. Шутки, по всей вероятности, были очень смешными; мы не понимали их, но публика просто стонала от хохота. Казалось, зрители испытали огромное облегчение, увидев. что мы не обиделись на клоунов… Театр Дубровка, цирк “Аквамарин”. В 2002 году театр был захвачен террористами, погибло 170 человек / «Русский дневник» 1947-2017

Мне важно сейчас найти что-то не в АТО, а в мирном городе. Что-то мягкое и незаметное.

Штраус
Джулиус Штраус 

Джулиус Штраус 

Военный корреспондент, преподаватель университета в Анкоридже,  управляющий ранчо медведей гризли в Скалистых горах  Британской Колумбии

Работа писателя отличается от работы фотографа. Писателю нужно больше времени.

Когда мы начинали, то думали, что в процессе работы поймем в каком направлении двигаться.

Я бывал в Киеве в 2004 и 2014 годах. Было много надежд на то, что какие-то вещи быстро изменятся, что ситуация переломилась, и дальше все будет просто. К сожалению, не так просто.

Современный Киев сильно отличается от того города, который я увидел три года назад. Изменилось отношение украинцев к тому, кто они есть, самоидентификация.

У нас больше выбора, чем у Стейнбека и Капы, мы можем сами выбирать маршрут и то, что хотим увидеть.

До Киева мы были в Москве. Я работал там 12 лет назад. Сейчас быть журналистом в России сложнее, чем тогда. В 2002-2004 годах было свободней.

Наш проект – сравнение. Того, что было раньше, с тем, что происходит сейчас: как дела в Грузии в сравнении с Россией; как развивается Украина – в сравнении с Россией.

Когда я был в Украине в последний раз, увидел воодушевление европейским выбором страны. Но и большое напряжение политиков, часть из них видели себя московскими чиновниками и были против интеграции в Европу.

Наша задача с Томасом – понять, куда движется Украина, как она это делает, где ее место: с Европой, с Россией, где-то посередине?

Текст: Вика Федорина

Фото: Robert Capa, Thomas Dworzak / Magnum Photos

Возможно вам также понравится

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *