Танец приближения

Александр Пятигорский

25 октября 2009 года в Лондоне умер профессор Александр Пятигорский. 

В рубрике Померанцев тупик — эссе о нем. И звучит голос Пятигорского. Сначала — голос. 

Радио Свобода. Померанцев переулок.

О языках часто говорят в политическом контексте, особенно в молодых и/или многонациональных государствах. Но есть у языка и другое измерение. Как и люди, языки живут и умирают. В этой передаче из моих архивов речь пойдёт о мёртвых языках. Говорит философ Александра Пятигорский (он умер в Лондоне в 2009 году), запись 1994 года. По-моему, актуально.

А.Пятигорский:

 «Нам не до конца известно реальное произношение санскритских слов. Образ жизни людей, говоривших на санскрите, утерян вместе с живой языковой практикой. Санскрит всё время актуализировался в непотерянных священных текстах, ясных и понятных тем, кто их произносит, и в живом богослужении, начиная, может быть, с XY-XIII веков до нашей эры. Я уверен, что язык, на котором мы с тобой сейчас говорим, как и любой другой современный язык, станет мёртвым».

Танец приближения

        По долгу службы мне пришлось резать бритвочкой А.М.Пятигорского более ста раз. Было бы преувеличением сказать, что он мужественно терпел эти мучительные — для меня — процедуры. Нет, он о них попросту не подозревал. Я же, положа беспощадную руку на сердце, испытывал не только муку, но и наслаждение. Магнитофонная лента, пропитанная его голосом, струилась у меня между ног, а я про себя приговаривал: «Вот тебе, вот тебе, философ фуев! Будешь знать, как завираться!» С обрезками длиной в три-четыре пальца была только морока и никакого кайфа: если бы я склеил все эти обрезки, то пятигорского мэканья и беканья хватило бы на гурт баранов. Но подлинную ярость я испытывал, отсекая бессмысленное для радиобеседы амикошонство, вроде «Видишь ли, милый Игочка…». И как ему в голову пришло это идиотское, я бы даже сказал, педерастическое «Игочка»?! Правда, за «Игочкой» следовали умозаключения, от которых веяло освежающим ледяным ветерком. «…Мы сейчас говорим с тобой на языке, который станет мертвым…»

        В лондонском выпуске «Поверх барьеров» (радио Свобода) он придумал и вел рубрику «Нерусская идея». Думаю, что под «нерусской» он имел в виду интеллектуально бесстрашную философию, еще проще: философию. Но об этом пусть судят философы. Я же могу говорить о радиотеатре Александра Пятигорского, поскольку мне довелось быть его радиоредактором и радиорежиссером. Его манеру философствования у микрофона можно было бы назвать «танцем приближения». Шаркая, вихляя, если можно так сказать, чарльстоня, он приближается к сути, ну, одно коленце, другое, двойной тулуп, еще выше, еще чуток, сейчас, сейчас он выпляшет, выголосит такое, что ни йогам, ни брахманам не снилось!.. А он все не выплясывает. Хочешь недоумевай, хочешь раздражайся, хочешь понимай, что истина – это не залапанное танго, а кадриль, полечка, движение, приближение.

        У этого пятигорского танца, мне кажется, до неприличия вульгарное физиологическое объяснение: наш философ от рождения косоглаз. Кто-то скажет: «бедняга». Но сам он скорее всего ответит: «Это как посмотреть…» (еще в детстве его дразнили: «косой, гр/еби косой»). Да, не нам с нашей прямотой, а ему с его косоватостью, мир видится расфокусированным («один глаз на нас, другой на Арзамас»). Двойственность истины открывается только людям с разнонаправленными зрачками («косое око видит далёко»). Они, косынюшки, наши мачтовые. Кто знает, может, без них человечество так и не оторвалось бы от ментальной планиметрии…

        Мы часто гуляли с Сашей по Лондону, который он полюбил за асимметрию. Этот город был и остается заодно с ним. И все же, вооружившись зрением его разнокалиберных зрачков, я мысленно вижу Пятигорского не в Лондоне, а в Москве, каким он описал себя в радиоэссе «Мой любимый кинотеатр». Холодной зимой 1946 года в подвальной столовке кинотеатра «Ударник» высокий худой юноша жует кусок хлеба и прихлебывает горячий жидкий чай. Он жадно слушает, щедро треплется и пожирает, пожирает глазами пространство смыслов, подернутое рябью. Говори, говори, мой косоокий друг. Пленка крутится.

Игорь Померанцев

Апрель 1995

Мюнхен

Возможно вам также понравится

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *