Память и опыт протеста

Джек Ґольдштейн «Склянка молока», 1972 Фото: Bohdan Poshyvailo

В Мыстецком Арсенале сейчас идет большая, масштабная, умная выставка «Революціонуймо».

Организаторы не закончили работу открытием, работают с аудиторией и придумали вот какой шаг: пригласили на ознакомительную кураторскую  экскурсию школьных учителей (учителей истории и классных руководителей)    объяснить им, как устроена выставка о революции, чтобы учителя, приведя свои классы на экскурсию, могли выступать самостоятельными и содержательными экскурсоводами. 

Мы с вами следуем за школьными учителями, и слушаем Катерину Филюк.

Кто и почему она: Катерина Филюк работает  в Украине и за рубежом. на ее счету большие проекты в Европе и Азии: Fake Hikers. MMCA Changdong (Сеул, Южная Корея); Один день из жизни, Мультимедиа Пространство для современной культуры Nástupište 1-12, (Топольчаны, Словакия); Rien ne va plus? Faites vos jeux !, De Appel art centre (Амстердам, Нидерланды). 

Перед входом нас встречает объект, похожий на библиотечный комод с картотекой.

 — Этот комод — один из партисипативных элементов выставки. Мы понимали: многие из нас были участниками Майдана, и мы хотели не просто показать свою версию того, что было. Но и спросить тех, кто придет на выставку, — как они видели эти события. Каждый ящичек  соответствует определенной дате и содержит карточки-воспоминания. Можно прочитать воспоминания других, можно написать свои, гости выставки уже добавили две даты, которых у нас изначально не было. 

Дальше мы будем говорить о библиотеке Майдана, это еще один партисипативный пункт, можно предложить книгу, которая могла бы войти в библиотеку Майдана. И в последнем зале выставки есть еще одно партисипативное пространство, можно приносить свои объекты, памятные предметы, и они войдут в коллекцию музея Революции Достоинства. Музейные сотрудники покажут как происходит трансформация — как что-то из обычного предмета станет музейным объектом. Этот процесс всегда остается за кадром, а здесь этот прием каталогизации и атрибуции будет обнажен.

Еще одно упражнение этой выставки: представить будущий Музей Майдана. Он основан сразу после всех событий, у Музея нет помещения, оно появится через несколько лет. Но у Музея есть коллекция, и мы можем представлять себе — будущий Музей. Архитектуру этой выставки выполнило румынское архитектурное бюро studioBASAR. Экспозиция максимально «отстранена» от стен Арсенала, для нее построены специальные конструкции. Идея этой «оторванности» не только в буквальной будущей автономности, но и заимствована архитекторами у сценографов —  выставка работает как театральные декорации. Это своего рода метафора — конструкции показывают, как обстоят дела с Музеем, которого пока нет. Это наши представления о том, как он мог бы выглядеть. 

Первый зал. Повторяющиеся кадры видеопроекции — на столе стакан молока и рука, ударяющая по этому столу. Полный стакан в конце концов расплескивается, молоко проливается. 

— Этот зал — ожидание, «преддверие» революции, которая еще не случилась. Это хорошо видно по работе канадского художника Джека Голдстайна. Работа 1972 года, напрямую конечно же, никак не связана с событиями на Майдане. Она в интересной, метафорической форме показывает, как нарастает напряжение, как оно, буквально,  выплескивается в революционный процесс. И это важный момент, который мы будем удерживать на протяжении всей выставки — с одной стороны здесь собраны документальные свидетельства. С другой, мы будем менять оптику и смотреть на ситуацию чуть шире и не непрямую, метафорически. Важно помещать украинскую революцию в мировой контекст и смотреть на нее через призму всех протестных движений. Вторая идея — ответ на вопрос о роли искусства. Может ли современное искусство дать нам какие-то инструменты для того чтобы мы могли рассмотреть, изучить болезненный опыт протеста?

Нам кажется важным показать немного другой угол и отстраненный взгляд, не в контексте политической истории.  

Вольфганг Тілманс. Кінець трансляції V, 2014
Вольфганг Тілманс. Кінець трансляції, 2014

Вторая важная работа в этом зале — работа немецкого художника Вольфганга Тильманса — это изображение в телевизоре, когда все передачи закончились, что-то пошло не так, и наступили помехи, белый шум. Это  фотография, которую художник сделал  в 2014 году в Санкт-Петербурге, когда проходила аннексия Крыма и были приняты законы против геев, Тильманс смотрел новости, трансляция боролась и наступил белый шум. Для него он стал метафорой  того как государство блокирует неудобные сообщения. Мы помним, когда таким «белым шумом» было Лебединое озеро. Все это — страх, напряжение, растерянность воплощено в абстрактном изображении, тут важна история фотографа. 

Мы переходим во второй зал, с (на первый взгляд)  арт-объектами.

Джеймс Бекет, Пари
Джеймс Бекет, Пари

— Это проект Джеймса Беккета, мы его увидим на протяжении четырех залов выставки. Использован простой прием: рядом стоят два стенда — на одном предметы с Майдана, на втором — обычные предметы, которые  автор вместе со студентами Киево-Могилянской академии купил в торговых центрах или на рынках. Беккет сопоставляет их по принципу визуального сходства — желтое и желтое, объемное-плоское и так далее. Идея этого проекта в том, что революции разрывают нормальное течение времени и меняют функции всего, в том числе и обычных вещей. Был журнал Playboy, его разглядывали. В революцию его стали использовать для защиты от пуль,  функция этого журнала драматически поменялась. 

Капиталистическое общество все превращает в товар, в том числе и революцию, выйдите на Майдан — вам будут предлагать желто-голубые ленточки, они стали сувенирами. Беккет показывает еще и эту сторону вещей. 

Видеть, как простые предметы становятся музейными, и с ними это происходит на протяжении всей выставки — важно. 

Следующий зал и проект, посвященный роли художника в протесте. Можно работать на кухне, можно оказывать медицинскую помощь. Художник сделал возможным для нас вот это — сохранение не абстрактной памяти.  На стене висит множество портретов, некоторые подписаны. 

Леся Хоменко «Малювання на Майдані», 2014 Фото: Bohdan Poshyvailo
Леся Хоменко «Малювання на Майдані», 2014 Фото: Bohdan Poshyvailo

— Художница Леся Хоменко на протяжении всего Майдана почти каждый день выходила с папкой и листом копирки, и рисовала лица протестующих. Один экземпляр (оригинал) она дарила герою портрета, копию забирала себе. 

Следующий зал — проект итальянской художницы Аделиты Хусни-Бей, она инициировала проект-исследование со школьниками. Они работали несколько дней, дети стали представителями разных социальных групп. Вы — журналисты, вы — банкиры, вы — представители власти сказала им Хусни-Бей. Каждая из групп должна была выработать свою стратегию, это было не очень сложно. Следующий этап — группы должны были договариваться между собой. Дети увидели, что общество — это невероятно сложный механизм, в котором учитываются разные интересы, сталкиваются взгляды и бывают неразрешимые противоречия. 

Мы проходим фотопроект  Павла Волберга — он фотографировал Майдан в февральские дни, и линию горизонта (противостояния), линию баррикад.

Проходим работу Саши Курмаза — многоканальную инсталляцию, снятую в КМДА — и видим спящих людей. 

Саша Курмаз «Я сплю для революції або Активіст на роботі», 2013. Фото: Bohdan Poshyvailo
Саша Курмаз «Я сплю для революції або Активіст на роботі», 2013. Фото: Bohdan Poshyvailo

— Протестующих принято изображать в действии, геройстве, «при исполнении подвига». А тут ничего не происходит,  нужно довольно долго простоять, чтобы увидеть: кто-то пошевелил рукой во сне. Мне кажется, что это очень нежная и трогательна работа, она показывает хрупкость человеческой жизни. И еще эта работа про доверие, спящий человек беззащитен. А спящие в КМДА разделяли свой сон с другими, это высшее проявление доверия. 

Далее собраны работы архитекторов о революции и площади. Площади Нью-Йорка, Бухареста, Лиссабона. Архитекторы разглядывают площадь как факт городского планирования: как работает площадь? Блокируются ли на ней проходы? Как протест вписывается в пространство города? На какой площади удобно протестовать, и почему. 

— Далее работа интересного немецкого художника Олафа Николая, это аудио, вот пластинка. Как правило, когда мы думаем об искусстве, понимаем под словом «искусство» нечто визуальное, но современное искусство может работать с разными «рецепторами» восприятия. Интересные способы воздействия на обоняние, на  тактильные ощущения, но они мало используются из-за своей сложности. Аудио используют чаще. Что сделал художник?  Он попросил радиостанции всего мира прислать ему записи интервью, взятых во время революционных событий, и использовал не сами интервью, а звуки, их сопровождающие — сирены, взрывы, крики толпы… Он сделал из этого нарезку, кажется, там порядка 70-ти кусочков от 5 до 15 секунд, они из разных стран, в том числе из Украины, с Майдана в Киеве. Это проигрывается без остановки и «показывает» как звучит Революция.

Мы переходим к «Киевскому дневнику» Влады Ралко.

Влада Ралко. Із серії “Київський щоденник”, 2013-2016
Влада Ралко. Із серії “Київський щоденник”, 2013-2016

— Здесь интересно задержаться и подумать: может ли частный дневник быть документом эпохи, может ли художественное произведение помочь нам в реконструкции событий?

— Затем идет стенд VR — реконструкция событий хронология, но и  местность. Это сложный опыт, видео длится 15-20 минут, полное ощущение присутствия, пережить это еще раз — тяжело. 

— Мы переходим к работе египетскойй художницы Лары Балади, она называется Vox Populi. Революция в Египте состоялась, как и Майдан, во многом благодаря Фейсбуку. Балади стала экспертом египетской революции и задалась целью собрать ее полный архив. 

— Следующий зал  посвящен коммеморации — традиции памяти. Кроме свечек, обнесенных дорожным ограждением голландского художника Моринуса Бузема тут есть монумент (не слишком понятно — заготовка к новой скульптуре, декоммунизированный «объект»?) Назара Билыка. Работа Билыка хорошо отражает наше время — мы пока еще не знаем, как говорить о памяти. 

Назар Білик “Рубці”, 2017
Назар Білик “Рубці”, 2017

— В последнем зале  обратите внимание на две работы: картину Ильи Исупова «Белый конь» — она выполнена в стиле парадного портрета Наполеона на белом коне, как образец искусства романтизма. Исупов на белого коня посадил протестующего, и он конечно же, иронизирует: инвентарный номер на коне, казенное одеяло, шина, щит снят с автобусной остановки. 

Илья Исупов

И вторая работа, видео. Кристина Лукас «оживила» известнейшую картину, это Эжен Делакруа, «Свобода, ведущая народ». Эта проекция такого же размера как оригинальная картина.  Мы видим молодую женщину, воплощающую свободу, в какой-то момент она оступается и падает, и  спутники (дети революции) начинают  топтать и бить ее ногами. Может показаться, что это пессимистичный конец выставки, достижения революции уничтожаются руками тех, кто ее совершил.

Фото: Bohdan Poshyvailo
Фото: Bohdan Poshyvailo

Мы расположили ее в конце выставки как напоминание: нужно и важно делать по-другому, нельзя забывать важных уроков истории. Важно помнить, это был сложный и важный этап истории нашей страны, многие отдали за этот урок свои жизни.  

Текст: Вика Федорина

ФОТО: Богдан Пошивайло

  • Что: выставка «Революціонуймо» 
  • Где: Мыстецкий Арсенал, Лаврская, 12
  • Когда: выставка продлится до 27 января 2019 года;  11:00-20:00, понедельник выходной. 

Возможно вам также понравится

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *