История плюс что-то еще

Руне Белсвик

Сказки про «Булькало» Белсвика — это истории для двоих. Для взрослого и ребенка. Они так и создавались — Белсвик писал их сыну. И читать книги Руне Белсвика лучше всего вслух: во-первых это уютно. Во-вторых,  можно обняться с ребенком. И услышать, почувствовать и проникнуться языком писателя. В его историях нет ничего случайного, а все персонажи (а кроме них и Река, и Лес, и время года…) полны жизненной философии.  

Классик норвежской литературы Руне Белсвик приехал на Книжный Арсенал по случаю выхода его книги на украинском, Kyiv Daily не мог этим не воспользоваться. 

Как становятся детскими писателями?

— Думаю, что стал им от того,  что мои воспоминания о  детстве, о том, как я сам был ребенком были очень сильные и яркие. 

Как вам кажется, что волнует современных детей? Интересно ли вам писать о том, что их волнует?

— Я поступаю так: вспоминаю свои собственные детские эмоции, погружаюсь в эти воспоминания, и пишу. Мои сказки — это просто мои воспоминания,  о переживаниях, об эмоциях. Они — это я сам. 

То есть, вы отвечаете на свои собственные детские вопросы?

— Когда я был маленьким, мне всегда казалось, что мои эмоции не важны — и для других людей, и для меня самого.  Когда я был маленьким, мне казалось, что жизнь начнется, когда я вырасту. Когда я вырос, понял, что все не так. 

В таком случае детей можно ли назвать несчастными?

— Несмотря на то что я сказал, дети счастливы! Их эмоции ярче и богаче, чем у взрослых. И ожидание настоящей, большой жизни — тоже неплохо, в конце концов. 

Существуют ли такие темы, на которые вы никогда не будете писать?

— Нет.

Вы будете писать  и  о сексуальности и однополой любви, если она будет волновать ваших героев?

— У меня действительно происходит не так: я не спрашиваю у детей, о чем они хотят читать. Я погружаюсь в свои воспоминания, и пишу, основываясь на них. 

И поэтому вы не пишете о первой любви, буллинге в школе… и не собираетесь писать?

— У меня как раз есть несколько книг об этом, они пока еще не переведены на украинский. 

Как вам удается не стать  бронзовым памятником самому себе? В чем секрет? 

— Я не серьезный писатель. Для меня писательство означает просто быть самим собой — с самим собой. И жить во власти своих воспоминаний. 

Современные взрослые люди с удовольствием читают ваши книжки. А вот дети…. дети их откладывают.  Вы понимаете, что вы не только детский писатель?

— Я знаю, что взрослым нравятся мои книги. Многие читают мои книги всей семьей. Дети говорят, что им слишком скучно, мало экшена, и им читают родители.

Вы хотели бы жить в Приречной стране, о которой написали?

— Да. Думаю, что да. 

У ваших героев в «Булькало» «говорящие» имена, это для усиления характера персонажей?

— Да. У них в норвежском вообще глупые имена.

Почему они так грубовато-пренебрежительно названы?

— Когда я начал писать истории для детей, все они были очень быстрые, активные, в них было много действий. Имена у всех героев были красивые… Тут я захотел сделать все наоборот. 

Вопрос о феминизме. Или квотах. У вас в «Булькало» только две условно женские героини — Каменная куропатка и Октава, почему так?

— Я не знаю!

Кто из ваших героев нравится вам больше остальных?

— Самый главный, Булькало. 

Детская литература вашего детства дистанцировалась от детей: учила и наставляла.  Редко — утешала. Что изменилось в ней сейчас?

— Сейчас я пишу только то, что мне хочется. Раньше действительно, существовало правило: писатель должен учить хорошим примером, просвещать или развлекать. 

Александр, — вопрос сыну Беловика, — вы чувствуете свое значение для мировой детской литературы?

Он смеется и отвечает, — Эта книга получилась благодаря нашим отношениям, так что в общем, да. Папа — прототип главного героя. Я — Утенка. 

Как думаете, Руне, в детстве можно умереть от несчастной любви?

— Я не знаю.

В чем дети больше нуждаются: в хорошей истории или в утешении?

— Зависит от ребенка. Все дети разные, им нужны разные истории. Кто-то страдает от несчастной любви, и ему нужно утешение. Кто-то хочет развлечься. 

Если бы вдруг так случилось: вы не начали бы писать для детей. Что бы вы делали?

— Все же я бы очень старался быть детским писателем. 

Книги каких детских писателей вам нравятся?

— Михаэль Энде, «Бесконечная история»

Почему вы, будучи  успешным писателем продолжали работать в Центре для людей с ограниченными возможностями?

— Мне были нужны деньги, и я действительно, там работал. Сейчас я этого не делаю, сейчас я только пишу. 

Текст: Вика Федорина

Руне Белсвік. Булькало. Переклад з норвезької Ірини Сабор — Харків, Читаріум, 2018. — 224 с.


Возможно вам также понравится

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *