Владимир Симоненко

Симоненко

Kyiv Daily публикует разговор  Ефима Маркова и Владимира Симоненко 1997 года о создании киевского джаз-клуба и первых лицах украинского джаза.

Володя, насколько я помню, сегодня исполнилось 35 лет со дня основания 1-го Киевского джаз-клуба, у истоков которого стоял ты. Собственно, мы с тобой и познакомились в джаз-клубе в сентябре 1962 года, когда он, поменяв  очередное место дислокации, переместился в клуб книжной фабрики «Октябрь», где я участвовал в ансамбле базировавшегося там самодеятельного театра миниатюр МЭТИМ, которым руководил Яков Футорянский. То есть мы с тобой знакомы тоже уже 35 лет, но я попал в джаз-клуб не с самого начала. Поэтому мне очень интересно — что же было с самого начала? Как ты пришел к идее образования джаз-клуба, и вообще, как ты пришел в джаз?

Симоненко
Ефим Марков, 2020

– Увлечение джазом началось с 1956 года, когда мне в руки попался журнал «Молодежь мира». Затем, в 1957 году, я живьем услышал первый настоящий джаз-оркестр – это был оркестр Мишеля Леграна, прибывший на гастроли в Киев после Всемирного фестиваля молодежи в Москве. Под впечатлением от игры этого оркестра мы вдвоем с Вадиком Ильиным решили создать свой джаз-оркестр и обратились к Толику Железному. Он тогда обладал самой лучшей на то время коллекцией  джазовых записей, и мы начали интенсивно у него ее слушать. Наконец, в 1958 году, мы собрали в ДК «Пищевик» «тройной» состав оркестра (2 трубы, 1 тромбон, 3 саксофона и ритм-группа) и сами начали писать оркестровки. Конечно, эта затея вскоре провалилась: из-за безграмотности  руководителей оркестр быстро распался, оркестровки были примитивными – сначала весь оркестр играл тему в унисон, а затем каждый духовой инструмент играл эту же тему по отдельности. Естественно, это всем быстро надоело.

Симоненко
Фото из архива Ефима Маркова

Этот урок пошел нам впрок и в этом же году мы вдвоем пошли «на обучение» к Илье Гассу в джаз-оркестр трамвайщиков при клубе КТТУ, в котором играли до лета 1959 года – я –на фортепиано, а Вадик – на аккордеоне. В то время там уже играло несколько «классных» музыкантов: тенор-саксофонист и аранжировщик Дима Дмитренко, трубач Толик Зинкевич (вскоре трагически погиб в Прибалтике). В конце 1958 года я предпринял еще одну попытку создать свой джаз-оркестр при ДК мотозавода, которая оказалась более удачной – этот оркестр просуществовал уже до 1960 года. Здесь начинал играть известный впоследствии трубач Юра Успенский.

А сам ты играл в малых составах?

– Конечно. С лета 1959 года я играл в различных ансамблях на танцплощадках. В 1960 году пришли ко мне Володя Медвейчук и Костя Ходос и стали уговаривать пойти к ним играть в ДК РАБИС, причем соблазняли электроорганом, в то время, может быть, единственным в Союзе, который они смастерили сами. Наш состав (Владимир Медвейчук – орган, Константин Ходос – гитара, Владимир Симоненко – ф-но, Олег Галишниченко – контрабас, Фома Ваксман – ударные) очень скоро стал популярным и имел много «халтур» на вечерах отдыха в самых престижных местах, таких как Художественный институт, Институт иностранных языков и др.

Симоненко
Фото из архива Ефима Маркова

Но ты почему-то резко бросил играть в 1962 году. Я, в общем-то, оказался последним из живущих сегодня в Киеве, кто застал тебя играющим в ансамбле на ф-но. Помнишь, это был новогодний вечер 1962/ 1963 годов в кафе КПИ, где мы играли квартетом: ты – на ф-но, Эдик Тимчук – на кларнете, я – на контрабасе и совсем тогда юный Саша Христидис, которого я привел с собой – на ударных. У него тогда не было ударной установки и весь вечер он простучал палками по сиденью деревянного стула. Мне твоя игра очень понравилась – хорошее туше, грамотная импровизация. И вдруг после этого ты совсем перестал играть. Мы тогда были уже в джаз-клубе, очень много общались, слушали джаз в записях почти сутками. Тогда в разговорах несколько раз проскальзывали фразы, что нам никогда не достичь уровня американских джазменов. И чувствовалась в этих фразах некая горечь от этих мыслей. Мне почему-то казалось тогда, что это и стало причиной, по которой ты перестал играть, а я долго не решался об этом спросить.

Симоненко
Фото из архива Ефима Маркова

– Да нет, конечно. Просто в то время, особенно в начале 1960-х, меня часто приглашали на работу в рестораны, а этому очень противилась моя мать. Возможно, если бы я пошел тогда по этому пути, вся моя дальнейшая жизнь могла сложиться по-другому.

Как и когда пришла мысль о создании джаз-клуба?

– Этот процесс начался с подшивки джазовых журналов, которую я купил у Толи Шилова. Там я наткнулся на сообщение о том, что в 1958 году в Ленинграде открылся первый в Союзе джаз-клуб. Не долго думая, летом 1960 года я поехал в Ленинград, где познакомился с председателем этого джаз-клуба Вадимом Юрченко, который рассказал об их структуре и формах работы. Осенью этого же года я поехал в Москву, где только что открылся городской «Хот джаз-клуб», и познакомился с его председателем Лешей Баташевым. С этого момента и стали появляться мысли о создании Киевского джаз-клуба.

Продолжая играть в ДК РАБИС, в 19650 году поступил в пед. Институт. В те времена на все вечера с нами ходило много наших постоянных почитателей – «фанов», из которых затем образовалось ядро будущего джаз-клуба. Мы иного времени  проводили вместе, слушали музыку. Постепенно занятия в институте и эта просветительская деятельность все больше засасывали. Я стал меньше играть и больше думать об организационных вопросах. Наконец, в конце 1961 года наша инициативная группа решила, что пора создавать джаз-клуб. Мы пригласили Мишу Скуленко, в то время зав. редакцией радиовещания на заграницу, прекрасно знающего джаз, который и помог разработать устав джаз-клуба.

В январе 1962 года мы с Юрой Плужником и Виталиком Курликом пошли в горком комсомола в отдел молодежных организаций со своим предложением, которое было поддержано, и через неделю на заседании горкома было принято решение: «Создать городской джаз-клуб на базе ДК трамвайно-троллейбусного управления». Так 17 марта 1962 года открылся первый в Украине Киевский городской джаз-клуб, председателем которого был назначен Борис Шелунцов. В этот же день в мед. институте было проведено первое мероприятие клуба – прочитана 1-я публичная лекция о джазе.

В «Трамвайщиках» джаз-клуб пробыл всего несколько месяцев, затем его оттуда попросили и он переместился в ДК завода «Ленинская Кузница», где пробыл до осени. В сентябре он перебрался в клуб книжной фабрики «Октябрь», где пробыл до декабря. Здесь, собственно, мы с тобой и познакомились.

Точно. Когда вы пришли к нам на фабрику, я там был уже два года, начиная с 1961 года, и  как актер и музыкант ансамбля участвовал в самодеятельном театре МЭТИМ (Молодежный эстрадный театр интермедий и миниатюр), которым руководил Яков Футорянский. В ансамбле были неплохие музыканты: Миша Гиткис – тенор-сакс, Дима Пятигорский – гитара, Валера Третьяков – аккордеон, ф-но, Валера Кузьменко – ударные, и я.  Поскольку этот ансамбль джаз не играл, а я к тому времени уже успел им «заразиться» в трио с саксофонистом Леней Воронко и аккордеонистом Адиком Гордицей, то ко мне на фабрику приходил живущий напротив пианист Сережа Баранов и мы с ним дуэтом играли джаз до одури. Он тогда работал в институте биохимии научным сотрудником и конкретно ни с кем не играл. И тут, представляешь, вы со своим джаз-клубом заявляетесь к нам на фабрику! Это был просто поцелуй судьбы. Тут же к нам присоединился барабанщик Витя Калита и у нас сразу образовалось неплохое трио. Через пару дней, в том же сентябре, здесь состоялся 1-й концерт джаз-клуба, где участвовал состав джаз-клуба и наше трио. Так я стал членом джаз-клуба, и с тех пор, вот уже 35 лет, мы вместе с тобой идем по джазовой судьбе.

– А через месяц, в октябре, нас посетил вице-президент Польской федерации джаза Юзеф Вачков, перед которым выступило ваше трио, но с Ирой Деулиной на ф-но. Он был приятно удивлен уровнем вашей игры.

Владимир Симоненко
Фото из архива Ефима Маркова. Слева направо: Жанна Колодуб, Климентий Доминчен, Владимир Симоненко, Аркадий Филиппенко, Андрей Штогаренко, Лев Колодуб, Дюк Эллингтон. Фото Виктора Березовского.

Ну да, если учесть то, что Ира тогда до нотки копировала игру Эррола Гарнера. Она его боготворила и даже собиралась ехать в Штаты, чтобы лично сказать ему, как она его обожает. И это в 1962 году! Через несколько дней после этого визита Витю Калиту призвали в армию и мы с Сережей как члены джаз-клуба влились в группу свободных музыкантов – членов клуба. Тогда был всего один постоянный ансамбль, составляющий ядро джаз-клуба – секстет, вышедший из «восьмерки» Юрия Братолюбова: Владимир «Чиж» Климков – труба, Марк Резницкий – альт-сакс, Борис Людмер – тенор-сакс, Вадим Ильин – ф-но, Зориан Хамистос _ контрабас, Лев Заляпин – ударные. Среди нас же сразу появился лидер – трубач Женя Яценко, который смог нас сорганизовать, в результате чего появился второй постоянный ансамбль джаз-клуба: Евгений Яценко – труба, Виталий Курлик – тенор-сакс, Юрий Семенец – флейта, Сергей Баранов – ф-но, Ефим Марков – контрабас, Борис Скоробогатов или Юрий Плужник – ударные.

– Да. А 14 октября, когда при Октябрьском ДК открылся городской клуб творческой молодежи, туда, как секция джаза, вошел и джаз-клуб и на открытии дал концерт, в котором участвовали оба состава клубных состава. После этого джаз-клуб провел еще 2 концерта (институт сварки им. Патона и пищевой институт им. Микояна), перед которыми Толя Шилов и я читали лекции о джазе.

Собственно, с тех пор ты уже сам участвовал во всех мероприятиях джаз-клуба и во всех остальных джаз-клубах. Так что все, что я могу тебе рассказать о первом джаз-клубе, ты и сам знаешь.

Нет, нет, продолжай.

– Ну что, 1 декабря  1962 года в кафе «Мрия», что по ул. Леонтовича, был организован молодежный клуб «Мрия» МКМ – 62, в совет которого, как студент, я тоже вошел, и там по вечерам начал работать квартет джаз-клуба в составе: Борис Людмер – тенор-сакс, Вадим Ильин – ф-но, Владимир Подгорецкий – контрабас, Виталий Мачулин – ударные, и с ним вокалистка Людмила Невзгляд. После открытия клуба сюда переместилась вся джазовая жизнь города. 9 декабря мной в кафе был организован джемсешн, в котором, помимо состава, работающего в кафе, участвовали вы, квартет Фили Брыля и вариант кафешного квартета с Женей Дергуновым  вместо Ильина. Этот джем был записан Мишей Скуленко и затем по частям транслировался на США и Канаду. До 1963 года в кафе попеременно с квартетом «Мрия» работал ваш состав, которым руководил Женя Яценко.

Только с одним изменением – на барабанах уже играл 17-летний Саша Христидис.

– Точно. А в 1963 году, летом, из квартета ушли Боря и Вадик и он распался. До следующего лета туда сел сборный состав, в котором попеременно играли пианисты Вячеслав Новиков и Евгений Дергунов, флейтист Юра Семенец, басист Гена Лиман, барабанщик Эдик Ненахов. А летом 1964 года МКМ- 62 перестал существовать. Я же в 1963 году перевелся из пед. Института в университет на филфак, который окончил лишь в 1971 году т.к. с сентября 1964 года по ноябрь 1967 года служил в армии.

Вот и получилась полная картина первой волны нашего джаз-клубного движения, которой практически никто уже не помнит, кроме еще живущих самих участников этих событий. В следующий раз мне хотелось бы услышать именно твою версию бурной деятельности джаз-клуба второй волны этого движения, т.е. 1967 – 1969 годов, но уже в рамках Федерации молодежных клубов ФМК- 67.

– С большим удовольствием. До следующего юбилея.

                                                                                         17 марта 1997

Возможно вам также понравится

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *