Дороги не для утешения

Ворожбит

Фильм «Погані дороги» должен был выйти в прокат 1 апреля, в день рождения Гоголя. К фильму, впрочем, это никакого отношения не имеет.

Фильм «Погані дороги» — режиссерский дебют Натальи Ворожбит, снят по ее же пьесе, получил приз Венецианского кинофестиваля от критиков и премию «Открытие года» за лучший дебют. Награды украинских критиков КИНОКОЛО удостоены актеры фильма Оксана Черкашина и Юрий Кулинич. Спектакль «Погані дороги» идет в репертуаре Театра на левом берегу Днепра.

Ворожбит — главный человек, последовательно поддерживающий разговор о войне, и о нас в этой войне. И спектакль, и фильм — это несколько новелл о судьбах людей, живущих в прифронтовой Украине. Их истории отличаются от патриотического дискурса, но это самое патриотичное кино  — оно о нас и для нас. 

Кино Ворожбит (и вообще, все, что она делает, пишет и теперь снимает) вызывает безмерное уважение  —  это очень честные истории, в которых нет указаний на обязательные пропагандистские добро и зло, нет своих, нет чужих, нет плохих, нет хороших, нет истерики, осуждения, суждения в парадигме: вот — правильно, вот — неправильно. На войне неправильно все. Это кино, снятое не для гордости, и не для утешения. Это кино проговаривает травму. Поэтому и смотреть его — испытание. 

Известно ведь: война обнажает в людях все самое отвратительное. И всегда может проявиться еще, и еще худшее. Например то, что война стала привычной. «Иду по городу, слышу — стреляют. Так хорошо стало — я дома», — рассказывает подружкам девчонка-тинейджер, вернувшись в Донецк после недолгого отсутствия. 

Последняя новелла в фильме самая страшная, хотя внешне она без войны. И снята она как идеальный хоррор —  хотя, по сравнению с другими, в ней ничего чудовищного (внешне) и не происходит. Просто девушка едет по сельской дороге (но у нас «Погані дороги», помните?) и нечаянно сбивает курицу. Девушка переживает, предлагает хозяевам заплатить за потерю курицы. Те сначала удивляются. А затем постепенно, слово за слово, расчеловечиваются. 

Ворожбит

Kyiv Daily поговорил с Натальей Ворожбит о ее работе над фильмом.

Что ты ответила бы тем, кто сравнивал бы твой фильм с «Донбассом» Лозницы или «Школой номер 3» Георга Жено и Елизаветы Смит? — с формальной точки зрения — это тоже несколько героев, набор историй. 

— «Школа номер 3» – документальный фильм. Тут нечего и сравнивать. И там не новельная структура, просто много героев. Я работала на этом проекте драматургом, может, поэтому мне сложно увидеть хоть какую-то связь, кроме того, что у меня есть новелла о подростках.

С Лозницей у меня принципиально разный взгляд на героев и реальность. Сергей наблюдает за ними с позиции творца, часто с отвращением и осуждением. Его реальность более утрированная, герои гротескные. На меня «Донбасс» произвел сильное впечатление, но я точно не была под его влиянием, моя пьеса уже была написана в тот момент.  Насколько я знаю Лозница не ездил на Донбасс, он вдохновился роликами на ютьюбе, это позволило ему остаться отстраненным и в этом сила его высказывания.  

Мне не удалось отстраниться, я там вместе с ними, с моими героями и мне сложно быть безжалостной к ним, в этом тоже наверное своя сила.   

Как ты определяешь для себя главную мысль фильма? Можно ли определить ее как следующую: женщина (женщины) и война? 

— Да нет, пол не имеет главного значения. Про людей в драматических обстоятельствах войны. Про разрушение нормы, про дегуманизацию и про неистребимое желание жить и любить, особенно на войне.  

Там мужчины, женщины, старики и подростки.  Наверное, когда в фильме про войну в принципе появляются равнозначные мужским женские персонажи кажется, что это фильм про женщин, так как обычно это — мужское кино. Хотя на международных фестивалях невольно начинаешь спекулировать на женском взгляде, потому что  тренд. В Венеции слышала такие разговоры: ей точно дадут главный приз, потому что она женщина.  Но у нас пока все стабильно в этом смысле,  если нужно будет выбрать между двух сильных произведений, то отборщикам сильно облегчит выбор если это мужчина и женщина — неизменно выберут мужское.  

Есть ли фильме герои, которые думают и говорят как ты?  Как тебе  удается избежать этого  «свой—чужой»? Назидательности, пафоса… всего, что проломится как обязательно в кино про войну.

— Меня об этом уже спрашивали, я задумалась и оказалось, что я прежде всего выступаю с позиции жертвы.  Разумеется, моя работа заключается в том, чтобы ставить себя на место каждого персонажа. Но первый персонаж, на чьем месте я оказываюсь – это жертва. Мною движет страх, мысль, как я себя буду вести, если окажусь в подобных обстоятельствах, как я буду выживать и защищаться. Или не буду, как в новелле про курицу, потому что так же, как и героиня, я до последнего не смогу поверить, что люди могут быть такими чудовищами. 

Хотя в первой новелле я скорее командир, чем директор школы, потому что задача командира сложнее – не воспользоваться силой и властью, увидеть человека в потенциальном враге.

Пафоса и назидательности можно избежать, когда ставишь себя на место другого и смотришь на себя с его места. 

Как тебе удалось отдельные истории так убедительно объединить, это ведь не только переход из одной истории в следующую и возврат? 

— Мне нравится сплетать истории, но не очевидной сюжетной аркой, не одними и теми же персонажами, а деталями и смыслами.  Кулончик, курица, девочки, дороги..  Это все разные кулоны, курицы и девочки. Но мне хотелось показать, что это не отдельные частные неповторимые истории, а что это движущаяся по всему Донбассу энергия ошибок, отчаяния, стереотипов и страха, которые множатся, повторяются и это самое печальное.

Что из пьесы и спектакля в постановке Тамары Труновой не вошло в фильм? В работе над фильмом спектакль вам мешал или помогал?

— Я не видела спектакль Тамары, не мешал,  ничего не вошло, очевидно. Из пьесы: которая была в основе сценария, не вошла одна новелла – большой женский монолог, он тянет на отдельно кино. 

Исполнители главных (ну — главных) ролей — театральные актеры. В кино это мешало? 

— На определенных этапах мешало. Но всегда наступает момент усталости и тогда театр уходит, как наносное и неестественное, особенно когда скоро рассвет (закат)  и позади десять дублей. А иногда театр даже и не начинался, потому что артисты быстро понимали правила игры. Лучше театральный опыт, чем сериальный – такое мое наблюдение.  Многолетнее существование в сериалах оставляет неизгладимый отпечаток на артисте. Не на всех, наверное, но это проблема.

От режиссера, снимающего кино о войне ждут патриотизма, ты рассказала историю (истории) максимально отстраненно, обобщенно — и они стали притчами, и так делают больнее — ты не кинорежиссер, где ты этому научилась. 

— Я патриотичный человек,  любящая мать и сознательная гражданка, но когда я пишу, снимаю – я прежде всего отвечаю за художественное произведение, за его правду.  Поэтому 14 летнюю актрису заставляю в кадре курить, пытаюсь понять логику и мотивацию садиста и насильника,  вскрыть язвы украинской армии и нашего менталитета и так далее. Отстранение как раз это когда делишь людей на плохих и хороших, когда пишешь-снимаешь ради четкой внятной мысли, которую хочешь проиллюстрировать и донести зрителю. А когда ты погружаешься в человеческие истории, то отстраниться уже невозможно, персонажи рождают новые смыслы в процессе, ведут тебя и заводят не туда, где понятно и удобно. 

Учит жизнь, как правило, и многолетнее существование в шкуре драматурга.  Я пишу пьесы с 19 лет, писать пьесы – это создавать миры и работать с конфликтами.   Режиссура — это просто следующий шаг, прекрасная возможность визуализировать то, что уже сварилось в твоей голове. 

Не вопрос даже. Ремарка: освещение — поклон от меня оператору и всем, кто отвечал за свет в фильме — в каждой новелле это помогало, делало все истории — общими.

— Да, мне очень повезло с командой – начиная от поверившего в меня Юры Минзянова,  и, конечно, Вова Иванов, прекрасный талантливый оператор, который был надежным плечом, соавтором, и, надеюсь, останется им в работе над следующей картиной. 

Текст: Вика Федорина

Фото: Владимир Шуваев

Возможно вам также понравится

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *